Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Продуктовая ярмарка у цирка уже сворачивается: шесть часов. На асфальте лишь каркасы да тенты желто-синих палаток.
Солнце полосами в окно трамвая, такое яркое, что заслоняешь глаза рукой. На подходе у перекрестка вечная пробка из идущих в «первый гуманитарный» или еще куда.
Многоэтажки на горизонте как ведра, заполненные водой. Не зашипело ли еще солнце, в них опускаясь?
Навстречу школьники с рюкзаками – с продленки что ли? Некий мужичонка доедает посреди дороги банан.
Нераспроданные воздушные шарики рвутся ввысь.
Облепиха
В офисном туалете пахнет облепиховым маслом. Интересно, кто здесь что себе мазал? Или, может, это духи такие?
Рецепторы среагировали мгновенно. И я вспомнила, что память бывает разная.
Моя ароматическо-цветовая память вернула меня в пять лет, нарисовав оранжевые кружочки ягод перед глазами.
Сразу стало тепло.
Мамины руки. Детство. Порезав палец, с ревом несешься в комнату…
– Что ты, маленький? Порезался? Дай подую! Сейчас я поцелую бо-бо – все пройдет! Ну-ка, где у нас облепиха?
Оранжевый теплый запах расходится из комнаты по коридору. Палец, будто бы, действительно, не болит. Ощущение покоя и безопасности. Волшебница мама! Волшебная облепиха!
Город
Этот город, где никому нет друг до друга дела, где почти разучились ходить пешком. Город, где все бегут, словно повинуясь своим инстинктам, мало когда осознанно.
Город гаджетов, технологий и узких стен. Город, в котором люди почти уже разучились друг друга слышать.
Город, где овладеваешь искусством увернуться от локтя задевшего тебя ближнего или просто не стоять на пути,
Он живет, просыпаясь, по каким-то своим законам. И, если встать пораньше, можно почувствовать его музыку, услышать аромат распускающихся деревьев, понять, чем он живет, наконец.
А живет он велосипедами, припаркованными небрежно возле обочин, салонами красоты, цветов и подарков, звоном монастырских колоколов, гудками автомобилей, асфальтом, красно-зелеными сигналами светофоров, водителями, пешеходами, мойщицами стекол, дворниками и поливалками улиц. Они делают утро лучше, привнося в него что-то с детства – всего лишь веру.
В то, что завтра все так же будет.
Вечер ландышей
Тверская, по обычаю, многолюдна. Вечер, будни. Столпотворение.
Характерные углы перехода, войдя в который, долго будешь петлять. И выйдешь все равно не туда. Но в одно и то же место, все время.
Вечер ландышей. Их аромат не следует шлейфом, он бежит впереди тебя, навевая образы Парижа и тонконогих девушек.
И тем страннее видеть эти беззащитные колокольчики выставленные на продажу в пластиковой грязной таре, собранными в куцые букетики наспех.
Но сегодня не время, чтобы самой покупать цветы.
Дома изумительно цветет мандарин.
Осеннее-августовское
Осень зашла в город, не постучавшись. И сразу все засинила тучами – несмотря на то, что было не «ее» время.
Отметилась на брусчатой мостовой, разбросала листья. Мазками желтого прошлась по худым деревьям. Контраста ради раздвинула облака штрихом – чтоб люди сказали: «Добрая!». Но не сдержала колючий дождь.
Пространство для дыхания будто сузилось. Горожане, ежась, надели куртки:
– Яблочный спас, говорят, сегодня!
– Да ну их, эти яблоки, куда столько?
Конец ознакомительного фрагмента.
- Колыхание времён. Книга 2. Будущее в прошлом - Виктор-Яросвет - Русская современная проза
- Кусок пирога, или Чонси – панк-рокер из Плимута - Анастасия Перегудова - Русская современная проза
- Чистилище. Книга 2. Тысяча звуков тишины (Sattva) - Валентин Бадрак - Русская современная проза
- Тысяча будд на полдороге в Рим - Анна Евсеева - Русская современная проза
- Чудовищные сны разума (сборник) - Эдуард Байков - Русская современная проза
- Penitus-2. Новое путешествие в Плутонию - Александр Барышников - Русская современная проза
- В плену Морфея. Как не застрять в собственном сновидении - Татьяна Губина - Русская современная проза
- Донос - Юрий Запевалов - Русская современная проза
- Бабочка на булавочке, или Блинчик с начинкой. Любовно-иронический роман - Мадам Вилькори - Русская современная проза
- Бабка Поля Московская - Людмила Матвеева - Русская современная проза